Р. Якобсон. О художественном реализме.

Затонский

Поэтика реализма

Реализм как литературное направление сформировался в 19 веке. Элементы реализма присутствовали у неких создателей и ранее, начиная с древних времен. Конкретным предшественником реализма в европейской литературе являлся романтизм. Сделав предметом изображения необыкновенное, создавая воображаемый мир особенных событий и исключительных страстей, он (романтизм) сразу показал личность более богатую в духовном, чувственном отношении Р. Якобсон. О художественном реализме., более сложную и противоречивую, чем это было доступно классицизму, сентиментализму и другим фронтам предыдущих эпох. Потому реализм развивался не как антагонист романтизма, но как его союзник в борьбе против идеализации публичных отношений, за национально-историческое своеобразие художественных образов (спектр места и времени). Меж романтизмом и реализмом первой половины Р. Якобсон. О художественном реализме. 19 века не всегда просто провести точные границы, в творчестве многих писателей романтические и реалистические черты соединились воедино — произведения Бальзака, Стендаля, Гюго, частично Диккенса. В российской литературе это особо ясно отобразилось в произведениях Пушкина и Лермонтова (южные поэмы Пушкина и «Герой нашего времени» Лермонтова). В Рф, где базы реализма были Р. Якобсон. О художественном реализме. еще в 1820 — 30-х гг. заложены творчеством Пушкина («Евгений Онегин», «Борис Годунов «Капитанская дочка», поздняя лирика), также неких других писателей («Горе от ума» Грибоедова, басни И. А. Крылова), этот шаг связан с именами И. А. Гончарова, И. С. Тургенева, Н. А. Некрасова, А. Н. Островского и др. Реализм 19 века принято именовать Р. Якобсон. О художественном реализме. «критическим», потому что определяющим началом в нем являлось конкретно социально-критическое. Обостренный социально-критический пафос — одна из главных отличительных черт российского реализма — «Ревизор», «Мертвые Души» Гоголя, деятельность писателей «натуральной школы». Реализм 2-ой половины 19 века достигнул собственных вершин конкретно в российской литературе, в особенности в творчестве Л. Н. Толстого и Ф Р. Якобсон. О художественном реализме.. М. Достоевского, ставших в конце 19 века Центральными фигурами мирового литературного процесса. Они обогатили мировую литературу новыми принципами построения социально-психологического романа, философской и моральной проблематикой, новыми методами раскрытия людской психики в ее глубинных пластах.
Признаки реализма:
1. Живописец изображает жизнь в видах, соответственных сущности явлений самой жизни.
2. Литература в Р. Якобсон. О художественном реализме. реализме является средством зания человеком себя и мира вокруг нас.
3. Зание реальности идет с помощью образов, создаваемых средством типизации фактов реальности (типические нравы в типической обстановке). Типизация нравов в реализме осуществляется через «правдивость деталей» в «конкретностях» критерий бытия персонажей.
4. Реалистическое искусство — искусство оптимистическое, даже при катастрофическом разрешении конфликта. Философское основание Р. Якобсон. О художественном реализме. этому — гностицизм, вера в познаваемость и адекватное отражение мира вокруг нас, в отличие, к примеру, от романтизма.
5. Реалистическому искусству присуще рвение рассматривать реальность в развитии, способность обнаруживать и запечатлевать появление и развитие новых форм жизни и соц отношений, новых психических и публичных типов.

Индивидуально-творческое художественное сознание Р. Якобсон. О художественном реализме.. Романтизм и реализм (поэтика создателя)

На специфике литературы конца XVIII — начала XX в. глубоко отразились огромные социальные и политические сдвиги, происходившие в это время. Реальные исторические процессы сочетались с необыкновенно насыщенными идейными движениями, резвой сменой форм и методов осмысления истории. При всем этом сама литература осознается как развитие, а Р. Якобсон. О художественном реализме. ее история как такое развитие, которое неразрывно связано со всеми, казалось бы, наружными по отношению к ней факторами, со всеми переменами реальности. Для свойства масштабов совершавшихся в литературе процессов можно указать на то, что литература (уже с середины и в особенности с конца XVIII в.) вроде бы разворачивает в Р. Якобсон. О художественном реализме. оборотном порядке тот путь, который поэтическое мышление в свое время прошло от Гомера до риторической поэзии. На этом новеньком пути литература равномерно освобождается от "багажа" риторики и в некий момент добивается гомеровской вольности и широты на совершенно не гомеровском материале современной жизни. Литература по мере собственного развития в Р. Якобсон. О художественном реализме. XIX в. максимально сближается с конкретным и определенным бытием человека, проникается его заботами, идеями, эмоциями, создается по его мерке и тут "антропологизируется"; точно так же, конкретно и непосредственно, с чувственной полнотой и неисчерпаемостью, она стремится передать всю реальность. Жизнь как такая и человек в его личном виде и публичных Р. Якобсон. О художественном реализме. связях становятся главным объектом поэтического изображения. Со 2-ой половины XVIII в.. в Европе, а в течение XIX в.— частично под европейским воздействием — и на Востоке традиционалистские, риторические постулаты вытесняются из литературной теории и литературной практики. Таковой поворот в специфике художественного сознания исподволь издавна уже подготовлялся «индивидуалистические устремления в литературе Возрождения, психические открытия Р. Якобсон. О художественном реализме. Шекспира и писателей классицизма, скепсис Монтеня, Паскаля и т.п.); просветительская идеология и, а именно, новое осознание отношений человека и мира, в центре которого оказывается не универсальная норма, а мыслящее "я", лишили риторику ее мировоззренческого основания; а традиционная германская философия и романтизм довершила ее дискредитацию. Характерная предыдущему типу художественного Р. Якобсон. О художественном реализме. сознания стилистическая и жанровая аргументация заместилась видением историческим и личным. Центральным "персонажем" литературного процесса стало не произведение, подчиненное данному канону, а его создатель, центральной категорией поэтики — не СТИЛЬ либо ЖАНР, а Создатель. Обычная система жанров была разрушена и на 1-ое место выдвигается роман, собственного рода "антижанр", упраздняющий Р. Якобсон. О художественном реализме. обычные жанровые требования. Понятие стиля переосмысляется: оно перестает быть нормативным и делается личным, при этом личный стиль как раз и противоборствует норме. Отдельные приемы и правила уступают место подчеркнутому рвению к само- и миро-познанию, синтезированному в широком художественном виде. Поэтику — в узеньком смысле этого слова — теснит эстетика: если в Р. Якобсон. О художественном реализме. предыдущую, риторическую, эру мы извлекаем эстетику из "поэтических искусств" и установлений литературного канона, то сейчас должны сделать оборотную операцию: чтобы извлечь общие константы поэтики обратиться к эстетике эры и обусловленному ей творческому опыту писателей. Так как литературный процесс рассматриваемого периода теснее чем когда бы то ни было связан сразу Р. Якобсон. О художественном реализме. с личностью писателя и окружающей его реальностью, ориентирован из ее освоение, в художественном сознании главную роль грают литературные способы, направления, объединяющие писателей со схожими эстетическими эталоном и мировосприятием. Такими ведущими способами либо направлениями в литературе XIX в. были романтизм и реализм, и их преемственность, взаимодействие и противоборство Р. Якобсон. О художественном реализме. определяют основное литературное содержание эры. С романтизмом кончается долгая пора господства риторического "готового слова", заблаговременно данных форм, жанров, стилистических средств поэзии. С этого момента писатель начинает овладевать и воспользоваться словом как свободным, несвязанным орудием проигрывания, анализа и зания реальности, отданным в его распоряжение. "Литературность" уступает место рвению к правде жизни: если до Р. Якобсон. О художественном реализме. этого "готовые формы" делили писателя и реальность и взор писателя, направленный на реальность, всегда встречался с закрепленным в традиции словом как посредником, как регулятором всякого смысла, то сейчас писатель, обращаясь к реальности, применяет к ней свое слово. В конечном итоге поэтическое слово в литературе XIX в Р. Якобсон. О художественном реализме.. становится персонально насыщенным, свободным и неоднозначным — в противоположность риторическому слову, которое в принципе должно соответствовать некому устойчивому смыслу. И романтизм, и созревающий по мере его развития реализм идентичны в собственном стремлении сблизить реальность и словесность, правду жизни и правду литературы. Различие состояло в методе реализации этого рвения: писатель-романтик мыслил расширение прав Р. Якобсон. О художественном реализме. и границ действительности в литературе как путь личных ее восполнений; писатель-реалист пробовал изобразить действительность как таковую, в том числе и во всех "непоэтических" ее слоях, давая им равную возможность выражения. Если для романтизма обыденная действительность — канва, по которой вышивается узор действительности высшей, доступной только внутреннему Р. Якобсон. О художественном реализме. зрению поэта, то реализм был ориентирован на поиск форм связей и взаимозависимостей действительности в ней самой. Но сущностные расхождения романтизма и реализма проявлялись в рамках общей задачки: интерпретации, соответственно авторскому мировосприятию, смысла и законов действительности, а не перевода ее в конвенциональные, риторические формы. Потому, утверждая согласно художественному сознанию эры Р. Якобсон. О художественном реализме. ведомую в литературе роль создателя, романтизм и реализм понимают по-разному авторские функции. В центре романтичной эстетики — творческий субъект, гений, убежденный в универсальности собственного видения реальности ("мир души торжествует победу над наружным миром" — Гегель), выступающий как интерпретатор мирового порядка. Личностные элементы в поэтике романтизма выдвигаются на 1-ый план: экспрессивность и метафоризм стиля Р. Якобсон. О художественном реализме., лиризм жанров, субъективность оценок, культ воображения, которое мыслится единственным инвентарем постижения действительности и т.д. Меняется соотношение поэзии и прозы: до XVII в. поэзия почиталась основным родом литературы, в XVIII в. ее место занимает проза, а в романтизме поэзия рассматривается как высшая форма прозы. Всеохватность "тиранического присутствия создателя" (Флобер Р. Якобсон. О художественном реализме.) позволила романтизму, даже сохраняя время от времени наружные приметы предыдущих систем поэтики (несчастный "классицизм" романтиков, риторический пафос, любовь к антитезам и т.п.), решительно отринуть "готовое слово", противопоставив ему слово авторское, личное (как личный пример — тяготение романтиков к произвольным этимологиям, вроде бы пересозданию семантики слова). Поэт-романтик "присваивает Р. Якобсон. О художественном реализме." для себя слово, пробует распространить власть "собственного" слова и тем собственного "я" на всю реальность, но логика литературного развития ведет к тому, что появляется сопутствующее и сразу обратное рвение вернуть слово реальности, вернуть как не только лишь и даже не столько авторское, но сначала как её слово: появляется реализм Р. Якобсон. О художественном реализме.. Слово в реализме, оставаясь индивидуально-личным инвентарем писателя, в то же время слово "предметное", вроде бы принадлежащее самой реальности. Над субъективизмом романтизма берет верх беспристрастная тенденция, тенденция вслушивания в "голоса" реальности с беспрецедентно сложным соотношением этих "голосов". Ситуация, когда произведение складывается как полифония голосов — видимо, общий случай для реалистической литературы Р. Якобсон. О художественном реализме. XIX века (начиная с "Повестей Белкина" Пушкина), и полифония в романах Достоевского — только личный случай этой общей ситуации. В романтизме произведение строится как наружное здание внутренней формы, с известным произволом строящего "я"; в реализме все наружное становится всецело внутренней задачей, уходит вглубь, цементирует произведение, придавая ему подлинную органичность Р. Якобсон. О художественном реализме.. Соответственно изменяются отношения создателя и читателя. Замечание Вордсворта о том, что создатель — это, "человек, беседующий с людьми", точно констатирует переход от конвенционального читателя традиционалистской эры, который удовлетворяется "эффектом ожидания", заключенным в риторической словесности, к читателю, который видится создателю как собеседник. Но в романтизме формами таковой установки на читателя Р. Якобсон. О художественном реализме. становятся экспрессия и непосредственность как осознанная стилистическая задачка, а в реализме создание атмосферы достоверности и жизненности, сближающей читателя со сведущим и ищущим создателем. Личностное сознание, отделившее поэтику литературы XIX в. поэтики предыдущего периода, вместе с новейшей трактовки категории создателя предназначило и новейшую трактовку героя литературы; и опять-таки Р. Якобсон. О художественном реализме. эта трактовка, при бесспорных чертах сходства, значительно разнится в романтизме и реализме. Романтизму с его культом личного ("только индивид увлекателен, все традиционное заурядно" — Новалис) принципиально в человеке не всеобщее, очищенное от случайного, но единичное, исключительное. В то же время в силу субъективизма, присущего романтикам, герой и создатель максимально сближаются, 1-ый Р. Якобсон. О художественном реализме. очень нередко оказывается проекцией личности второго. Романтичному представлению о художнике, противостоящем миру и обществу, соответствует герой, "выпадающий" из реальности. Складываются известные романтические типы героев (изгнанник, чудак, мятежник и т.п.) с нестабильным компромиссом меж литературностью ("книжностью") таких персонажей и ярко выраженной психической чертой, создающей иллюзию их жизненности. Тенденция к жизненности Р. Якобсон. О художественном реализме. (и жизненности подлинной) берет верх в реализме: заместо "не-схождения" героя и мира, их принципного несовпадения и непримиримости подразумевается, что хоть какой герой существует сначала снутри реальности, даже если он ей и противоборствует. Односторонность соединения личности и реальности через контраст преодолевается разнообразием человечьих типов в реализме XIX в Р. Якобсон. О художественном реализме.., разнообразием, которое не поддается никакой систематизации, при этом каждый тип отвечает реальным, а не просто литературным аспектам и складывается на базе актуальных, а не "поэтических" свойств (ср., к примеру, образы "излишних людей", "нигилистов" • т.д. в российской литературе). Психические открытия романтизма тем подкрепляются в реализме широким соц и историческим анализом и Р. Якобсон. О художественном реализме. мотивировкой поведения героя. Ситуация литературы XIX в., индивидуально-творческая поэтика приводят также к конструктивному переосмыслению обычных жанров — даже тогда, когда сохраняется их наружняя номенклатура. Романтикам виделась в эталоне внежанровая и внеродовая поэзия. Ламартин в "Судьбах поэзии" настаивал, что литература не будет ни лирической, ни эпической, ни драматической, ибо она Р. Якобсон. О художественном реализме. должна заместить собою религию и философию Ф.Шлегель считал, что "каждое поэтическое произведение — само по себе отдельный жанр". Фактически желательными становятся личностные жанры: дневники, письма, записки, мемуары, лирические виды поэзии; в то же время драма и роман лиризуются, так как творческое "я", стремясь выразить себя лирически Р. Якобсон. О художественном реализме., но, притязая на поэтическую власть над целым миром, употребляет повествовательные формы выражения (см., к примеру, творчество Байрона). В реализме, с его тяготением с, занию жизни "изнутри", повествовательные жанры (и сначала жанры прозы) выдвигаются на авансцену, а посреди их основная роль начинает принадлежать роману. Сам роман понимается не столько как Р. Якобсон. О художественном реализме. носитель определенных жанровых признаков, но как более универсальное поэтическое слово. (Представлявшаяся романтикам начала века внежанровая и внеродовая литература в известной степени была осуществлена конкретно в романе как комплексной по собственному смыслу и в то же время всякий раз персонально построенной форме. В обилии видов реалистического романа XIX в. можно найти Р. Якобсон. О художественном реализме. известные тенденции и константы его развития: к примеру, экстенсивность и концентрированность описания, эпическая просторность и драматическая конфликтность (ср. романы Толстого а Достоевского) и т.д. С другой стороны, происходит постепенная романизация разных жанров, хоть какого повествования, благодаря ему даже маленький рассказ может стать носителем необыкновенно веского, собственного "романного" содержания (Чехов Р. Якобсон. О художественном реализме.). Романтизм и реализм с особенной остротой поставили делему государственной специфичности литературы, которая во всей собственной полноте — как неувязка исторической поэтики (с этим связано и введение понятия "глобальная литература") — осознается конкретно в это время. Вправду, любая государственная литература XIX в., давая конкретное отражение общелитературного процесса, предлагает собственный вариант его Р. Якобсон. О художественном реализме. развития. Так, необыкновенную область составляют литературы Востока, где ломка традиционалистского сознания проходит на базе скрещения, совмещения просветительских, романтических и реалистических тенденций в литературе, усваиваемых в определенном согласовании с своим государственным опытом. Да и в Европе, сообразно соц и культурному развитию каждой страны, литературный процесс воспринимает разные национальные формы. Для Р. Якобсон. О художественном реализме. германской литературы, к примеру, очень типично, что за романтизмом не наступает, как во Франции, эра реализма, но начинается собственного рода буферный период, т.н. "бидермейера", в каком тенденции старенького и нового не получают ясного разрешения, а идут на долгий компромисс. В Рф, напротив, начиная а 2-ой трети столетия, реализм становится непременно Р. Якобсон. О художественном реализме. ведущим направлением. При всем этом по ходу собственного развития российская литература утверждает более влиятельные и общезначимые принципы реализма и, а именно, реализма критичного. При том, что романтизм отдал толчок к развитию реализма, сам он не был повергнут своим "детищем". Разумеется, что конкретно сосуществование романтизма и реализма (см. ситуацию во Р. Якобсон. О художественном реализме. французской литературе, где трезвый реализм Бальзака соседствовал с пылким романтизмом Гюго и даже с т.н. "неоклассицизмом"; либо такие фигуры на скрещении направлений, как Гейне, Диккенс, Лермонтов) — этих из 1-го корня выросших явлений — и определило появление представления об исконной борьбе реализма и романтизма. Но в значимой мере Р. Якобсон. О художественном реализме. это "эффект ретроспекции". В XIX в. бытие каждого из 2-ух направлений плотно сплетено с присутствием другого. Перед реалистической литературой, конкретно сопряженной с реальностью, время от времени встает опасность растворения в ней, отказа от собственной специфичности, от обобщающей силы художественного слова. Приходится каждый раз восстанавливать универсальность слова, которое писатель употребляет в его Р. Якобсон. О художественном реализме. личном, индивидуализованном виде, утверждать всеобщность содержания, преодолевая сугубую конкретность деталей. Как реализм переходил грань "литературности" и воспринимал вид натурализма, бытового либо физиологического очерка и т.п., вступали в силу романтические тенденции, порождая декоративность модерна, импрессионизм с его иллюзией эстетической самоценности случайного поэтического вида, символизм, прибегающий к усложненной технике Р. Якобсон. О художественном реализме. обобщений и т.д. С другой стороны, зрелый реализм делает свои, особенные средства универсализации, углубления смысла и силы воздействия личного слова, типизирует конкретное, достигает все большего художественного синтеза явлений жизни. Потом, в XX веке, оппозиция романтизма (вроде бы очень он ни влиял на некие модернистские течения) и Р. Якобсон. О художественном реализме. реализма (вроде бы ни расширял он свои способности, отходя от догматической регламентации) перестает быть комплексной и определяющей. Литературный процесс дробится на огромное количество школ и направлений (футуризм, экспрессионизм, сюрреализм, неоклассицизм, необарокко, мифологический реализм, документализм, постмодернизм, концептуализм и т.д.), которые и В собственной новизне, и в преемственности отталкиваются от самых разнородных и Р. Якобсон. О художественном реализме. разновременных традиций. Но при всем том для литературы XX века в целом вопрос о соотношении создателя и произведения/текста остается центральным и актуализуется в дилеммах "собственного" и "чужого" слова, вне- либо меж-индивидуального начала и начала личного, коллективного сознания и безотчетного и сознания личного.


Т. Венедиктова. Секрет срединного мира Р. Якобсон. О художественном реализме.: культурная функция реализма XIX в.

"Реализм - это ужасное слово" - пеняли полтораста годов назад первоназыватели этого литературного движения Э. Шанфлери и Ж. Дюранти, и с ними тяжело не согласиться. Имея, обычно, позитивную оценочную коннотацию, слово обескураживает хотя бы уже тем, что, наряду со словом "правдивость", употребляется "в самом различном Р. Якобсон. О художественном реализме. и неясном смысле" . За ним и во времени тянется длиннющий шлейф противоречивых, даже взаимоисключающих ассоциаций. Читателю, вкусившему вкус в умственной истории, в понятии "реализм" аукается эхо дальних и близких идеологических битв, в каких оно выступало антагонистом то "номинализма", то "идеализма", то "позитивизма", то "феноменологизма" и т. д. Ухудшает Р. Якобсон. О художественном реализме. неурядицу дисциплинарное разноречие: литературовед и философ, семиотик и психолог употребляют термин охотно, но каждый по-своему.

Во всех случаях, но, воззвание к нему подразумевает проблематизацию начального понятия "действительность" и, соответственно, таких категорий, как действительное и измышленное, беспристрастное и личное, настоящее и неверное. Спор-разговор о реализме, в какой Р. Якобсон. О художественном реализме. бы плоскости он ни велся, предполагает (либо должен иметь в виду) постановку вопроса о природе зания и о методах представления (репрезентации) познания. Не умопомрачительно, что последний по времени раунд спора разразился в европейской гуманитарной науке сначала 1960-х годов в связи с так именуемым "кризисом рациональности", "кризисом репрезентации", - кризисом, по Р. Якобсон. О художественном реализме. другому говоря, доверия к возможности (либо претензии) научного разума служить проводником к беспристрастной правде. Оглядываясь на культурный опыт предыдущих 2-ух веков, можно констатировать, что конкретно степень гносеологического оптимизма, т.е. мера доверия человека к своим познавательным способностям служила мерой востребованности и актуальности "реализма" как эстетической, философской, мировоззренческой категории.

В самом широком и Р. Якобсон. О художественном реализме. общем осознании реализм подразумевает точку зрения на мир как данный человеку беспристрастно, раскрывающийся равномерно в познавательном опыте и объемлемый в эталоне единой теорией. Установка, в рамках которой "действительность" стает как "абсолютизированная, другими словами та же самая и такая же самая для всякого познающего субъекта и автономно Р. Якобсон. О художественном реализме. себе существующая" , имеет глубочайшие корешки в нововременной европейской культуре и до настоящего времени воспринимается нами как "естественная". В понятиях современного человека даже на бытовом уровне "действительность" - нечто ощутимо крепкое, надежное, равное для себя, имеющееся независимо от сознания и восприятия и в этом смысле обратное личному желанию, персональной фантазии, - мы и говорим Р. Якобсон. О художественном реализме. потому, что действительность "сопротивляется", либо "припоминает о для себя", либо "диктует", либо даже "мстит" тому, кто склонен ее недооценивать.

Таковой взор коррелирует в целом с естественнонаучным подходом к жизни, почти во всем будучи конкретно им, если не порожден, то воспитан. Правда, в наши деньки он охарактеризовывает ученых в Р. Якобсон. О художественном реализме. неизмеримо наименьшей степени, чем полтораста и поболее годов назад. Физика простых частиц моделирует исследуемые процессы, принципно беря во внимание позицию наблюдающего, т.е. исходя из посылки, что субъект и объект, идея и вещь только искусственно представимы в автономии друг от друга. Ну и большая часть современных естественников и гуманитариев сходятся в Р. Якобсон. О художественном реализме. том, что вне опосредованности опытом, языком, интерпретацией (множественностью интерпретаций) мир не мыслим. Он потому не может быть окутан единой теорией. В отсутствие же верховной инстанции либо способа, способных удостоверить (гарантировать) соответствие концепта-представления природе сущего - даже в физической, не говоря уже о метафизической сфере - дискуссия по Р. Якобсон. О художественном реализме. вопросу об правде перемещается в психологическое и социологическое измерение. Правда тогда начинает определяться как "согласованность" меж убеждением и опытом, личным убеждением и убеждениями, принятыми в определенном людском обществе.

В свете и вследствие общеметодологического сдвига, характеризующего идея ХХ столетия, естественно было ожидать реинтерпретации представлений о литературном реализме. Она и происходила в Р. Якобсон. О художественном реализме. последние десятилетия, правда, по преимуществу в контексте западной гуманитарной науки. В русской академической среде теория реализма в искусстве, если не считать недолгой формалистической "интерлюдии", развивалась в русле объективистской логики и уже в силу этого склонялась к апологии "добросовестного способа" более, чем к его глубинной проблематизации. Долгое и особенное внимание Р. Якобсон. О художественном реализме. к реализму в конечном итоге досадным, но соответствующим образом обернулось притуплением зрения .

Чтоб дать явлению определение, нужно созидать его пределы, а для этого нужно занять позицию снаружи. Британский семиотик К.Маккейб определяет эту позицию с частично "провокативной" резкостью: плодотворное толкование реализма, считает он, может быть "исключительно в свете антиреалистической эпистемологии Р. Якобсон. О художественном реализме." . Вобщем, мысль поиска новейшей "оптики" взамен обычной, вроде бы самим предметом данной, зрела и в российском литературоведении. Косвенно, ее необходимость предполагал А.В. Карельский, когда писал о прозе середины XIX века: "Писатели данного шага испытывают способности строго поочередного, вроде бы "буквального" толкования (курсив наш - Т.В.)... понятий "реализм" и Р. Якобсон. О художественном реализме. "правда жизни" . "Буквализм" писателей носил для собственного времени экспериментальный, творчески-продуктивный нрав, - законсервировавшись в качестве нормативной теоретической установки, он в некий момент безизбежно утратил продуктивность и в изменившемся культурном, научно-гуманитарном контексте был должен подвергнуться переоценке. Самоописание явления культуры заслуживает доверия, но заслуживает и вопрошания с внедрением преимуществ которые Р. Якобсон. О художественном реализме. дает историческая дистанция. Современный взор на реализм должен полагать как бережное реконструирование тех обсуждений, в каких он ("изм") сам себя доказывал, так и усилие просочиться в их невысказанную подоплеку, - переформулировать их центральный сюжет, другими словами задать литературному прошлому вопросы, которые оно в свое время не искусно либо не желало для Р. Якобсон. О художественном реализме. себя задать .
В целом, в протяжении XIX и значимой части XX в. не только лишь в российскей (от В. Белинского до Д. Затонского), да и в западноевропейской литературной науке (от Гегеля до Э. Ауэрбаха и Г. Лукача) преобладал "генетический" подход к реализму, в рамках которого он Р. Якобсон. О художественном реализме. определялся как верное отображение социальной реальности, - не механическое, а творческое, улавливающее через дотошно воспроизводимую вещественную поверхность, "вещность" (res) жизни ее "правду", сущностные закономерности. В границах этого подхода был продемонстрирован обеспеченный диапазон исследовательских способностей, но его эпистемологическая ограниченность и, частично, эстетическая глухота также проявились с течением времени. Последняя сначала ХХ в. была предана Р. Якобсон. О художественном реализме. критике "формалистами", справедливо указывавшими на то, что, если художественный смысл рассматривать только исходя из убеждений его общественного (внелитературного) генезиса, дать подабающее реализму как искусству не представляется вероятным.

Раннюю, еще конспективную постановку вопроса о реализме как о специфичном виде художественной условности мы находим у Р.Якобсона и Б Р. Якобсон. О художественном реализме.. Томашевского , - в 1960-1970-х годах она разрабатывалась в русле структуралистской и постструктуралистской методологии. Р. Барт, Ж. Женетт, Ц. Тодоров и др. развивали идея о том, что реализм на самом деле есть "иллюзионизм", художественная "чара" (по выражению М. Бютора, "hantise", - "умопомрачительная власть наделять присутствием отсутствующие предметы" ) либо, если выражаться более Р. Якобсон. О художественном реализме. филологически, специфичный код, манера письма.

Если в рамках генетического подхода писатель-реалист представал как медиум беспристрастной правды жизни, то в рамках подхода формалистического он - качественный мастер слова, работающий в герметическом пространстве текста и средством определенной совокупы приемов удачно создающий "эффект действительности". 1-ый подход, долгое время "царствовавший" в русском литературоведении Р. Якобсон. О художественном реализме. в качестве официальной нормы (если не догмы), сейчас справедливо воспринимается как архаичный, вызывая тотчас даже лишне резкую реакцию отторжения. Формалистический подход, тоже далековато не новый, сохраняет инструментальную ценность, хотя и вялость от имманентно-текстового анализа осязаема сейчас очень очень (в западном литературоведении, кажется, даже более, чем в нашем).

В 1970-1980-е гг. в Р. Якобсон. О художественном реализме. фокусе обсуждений о реализме оказался 3-ий подход, который следовало бы именовать "прагматическим". Он сформировался в русле феноменологической традиции и рецептивной эстетики, связан с именами таких теоретиков, как Х.-Г. Яусс, В. Изер, П. Рикер. Они все исходят из представления о литературном произведении как системе, открытой в контекст Р. Якобсон. О художественном реализме. культуры (который сам по для себя имеет частично текстовую природу ) и более много раскрывающейся в акте восприятия, взаимодействия с читателем. Частично эта перспектива была намечена еще формалистами, в той мере, в какой их занимал не мимесис, а семиосис: "референциальная иллюзия", вырабатываемая средствами текста, но на самом деле собственной адресованная Р. Якобсон. О художественном реализме. тому, кто читает, партнеру по семиотическому процессу.
Все три обозначенные подхода внутренне неодносоставны, жили и живут во огромном количестве личных вариантов. Полемизируя вместе и частично сменяя друг дружку во времени , они по-настоящему друг дружку не отменяли. Каждый ценен тем, что дает возможность заного сконструировать главный вопрос, версии которого Р. Якобсон. О художественном реализме. в конечном итоге таковы. Каким образом литература отражает действительность? - спрашивали критики генетического направления. Формалистов заинтересовывало быстрее то, каким образом литература принуждает нас поверить, что она отражает действительность. На взор прагматистов, последняя постановка вопроса правомочна, но узка: ориентируя ученого на поиск внутритекстовых приемов, она его тем и ограничивает, мешая узреть делему Р. Якобсон. О художественном реализме. в ее общекультурном измерении. Если нам любопытно и принципиально знать, как "изготовлена" реалистическая художественная иллюзия, то более принципиально и любопытно спросить: почему она настолько живо востребуется читательской аудиторией, при этом в одних исторических контекстах больше, а в других меньше? какова ее культурная функция? каковой ее антропологический смысл Р. Якобсон. О художественном реализме.? - Конкретно эти вопросы, предполагающие культурологический, междисциплинарный подход к той совокупы литературных явлений, за которыми закрепилось обозначение "реализм", представляются сейчас более животрепещущими.

Это возвращает нас к главный для реализма дилемме подобия - жизни и правде жизни (категории жизнеподобия и правдоподобия не тождественны, да и в бытовом, и в литературоведческом дискурсе употребляются Р. Якобсон. О художественном реализме. часто без подабающей строгости, иногда чуть ли не взаимозаменимо). Одной из принципиальных вех в современной дискуссии на этот счет явилась именитая статья Р. Барта "Эффект действительности" (1968). Центральная ее идея растет из комментария к пассажу в "Обычный душе" Г. Флобера , где описывается гостиная м-м Обен и, а именно, упоминается, что "на старом Р. Якобсон. О художественном реализме. фортепьяно, под барометром, возвышалась пирамида из коробок и картонок". Исходя из общеэстетического предубеждения, что в художественном повествовании висячие "ружья" должны стрелять, а применяемые создателем детали - значить, можно представить (что и делает Барт),что фортепьяно - индекс буржуазного благосостояния хозяйки, "пирамида из коробок и картонок" - символ безалаберной, как будто Р. Якобсон. О художественном реализме. выморочной атмосферы дома Обенов и т.д. При всем том остается без ответа вопрос: к чему и для чего барометр? Упоминание о нем функционально разве только как указание на физический референт ("то, что имело место"). Но ведь никакого референта не было! Читатель отлично осознает, что "по сути" не было ни Р. Якобсон. О художественном реализме. барометра, ни гостиной, ни самой м-м Обен. Но даже и понимая, добровольно и условно верует, что было, принимая предложенную создателем "иллюзию референциальности", - т.е. культивируемые данным типом литературного творчества правила игры.

Важным признаком реализма XIX в. Р. Барт предлагает считать "новое правдоподобие", в рамках которого происходит Р. Якобсон. О художественном реализме. демонстративное слияние означаемого с референтом: реализм определяется как "дискурс, включающий выражения, гарантированные одним только референтом" . На схожее определение опирается в собственных работах и Ц. Тодоров: "Жизнеподобие это маскарадный наряд, в который одеваются законы текста, становясь в наших очах неприметными, заставляя принимать произведение только в его отношении к действительности" Отличие "старенького Р. Якобсон. О художественном реализме." подобия от "нового" состоит, по Тодорову, в том, что 1-ое зиждилось на соблюдении законов жанра либо "законов текста" как некой формально-смысловой рамки, данной культурной традицией, относительно размеренной и таким макаром предорганизующей личное восприятие. В новых критериях "рамка" как будто пробует стать прозрачной, неприметной: означаемое скрывается за надуманный референт. Историко Р. Якобсон. О художественном реализме.-культурные основания и мотивы этого "маскарада" нас и будут дальше занимать.

* * *

Размышляя над словом "real" ("реальный", "реальный", "подлинный"), британский языковед и философ Дж. Л. Остин замечает, что от обыденных слов-определений (к примеру, слова "желтоватый") оно отличается отсутствием положительного, определенного значения . Я могу сказать: "It is yellow" ("оно - я не Р. Якобсон. О художественном реализме. знаю что - желтоватое"), но не могу: "It is real" ("оно - ? - реальное, истинное)". С другой стороны, говоря, например, "Эта птица реальная", я могу подразумевать целый веер различных значений: что она не является чучелом, либо не является игрушкой, либо не является картиной, либо не является галлюцинацией и т.д Р. Якобсон. О художественном реализме.. Выражение в конечном итоге имеет смысл, только если участники речи представляют для себя, какое из вероятных негативных значений животрепещуще для данного варианта. Вопрос "истинное ли?" ("is it real?"), подытоживает Остин, - всегда плод сомнения, неуверенности, подозрения, что вещи могут быть другими, чем кажутся.

Очень конкретное наблюдение языковеда возвращает нас к литературной ситуации Р. Якобсон. О художественном реализме. середины позапрошлого века: конкретно к тому в ней, что свидетельствовало очевидно об очередной смене эстетических вех , а косвенно - о более глубочайших и исторически определенных сдвигах в культуре. Литераторы сих пор исполнены подозрительности в отношении условностей художественного восприятия и творчества (жанровых, стилистических, этикетных), - как будто обуяны рвением с Р. Якобсон. О художественном реализме. ними совсем расправиться. Издавна ли романтики бунтовали против классицистической иерархии стилей и жанров? Сейчас объектом отрицания становятся романтические стилевые и образные формы, вдруг ставшие остро осязаемы в собственной отработанности, искусственности, "вялости". В первый раз приехав в Париж, 17-летний Анри Бейль был, по своим мемуарам, несказанно удивлен и разочарован тем, что не Р. Якобсон. О художественном реализме. отыскал в городке ... гор: "Так это и есть Париж?" - спрашивал себя обескураженный парень. Год спустя схожее недоумение он высказал товарищу-драгуну на Сен-Бернарском перевале: "Это всего-навсего и есть Сен Бернар?". "Это малость глуповатое удивление и восклицание преследовали меня всю мою жизнь. Мне кажется, что это находится в Р. Якобсон. О художественном реализме. зависимости от воображения; я делаю это открытие, как и многие другие, в 1836 году, когда пишу это" . Драматичность автобиографа ориентирована тут на зашоренность (т.е. ограниченность) воображения ходульно романтичным представлением о высочайшем и исключительном.


rabochaya-koncepciya-odaryonnosti.html
rabochaya-obrazovatelnaya-programma-obshestvoznanie-8-9-klassi-programma-dlya-uchashihsya-viii-vida.html
rabochaya-programma-8-tematicheskij-plan-8-programma-lekcionnogo-kursa-9-temi-seminarskih-zanyatij-12-organizaciya-samostoyatelnoj-raboti-14-iv-metodicheskie-materiali-16.html